Путь к собственной юридической практике в Альбукерке для Соломона Гудмана оказался тернистым. Всё началось с идеи, которая казалась простой: открыть своё дело, быть самому себе хозяином. Но реальность быстро расставила всё по местам.
Первой и самой ощутимой преградой стали деньги. Аренда даже скромного офиса в подходящем районе, покупка мебели, канцелярия, телефонная линия — каждый чек ощутимо сокращал и без того скромные сбережения. Солу приходилось считать каждую копейку, отказывая себе в самом необходимом. Иногда он ловил себя на мысли, что обед из дешёвых консервов за рабочим столом стал привычным ритуалом.
Следом навалились бюрократические препоны. Регистрация фирмы, получение всех необходимых лицензий, согласования — этот процесс напоминал бег с препятствиями, где каждое новое учреждение требовало свой пакет документов, составленный по загадочным правилам. Часы в очередях и у телефонной трубки, бесконечные объяснения — всё это отнимало силы и время, которое он мечтал посвящать клиентам.
Но, пожалуй, самым тяжёлым испытанием стала нехватка доверия. Новое имя на вывеске в мире, где ценятся громкие имена и многолетняя репутация, никого не впечатляло. Первые недели телефон молчал. Сол выходил на улицу, пытался заводить полезные знакомства, раздавал визитки, но часто встречал лишь вежливое равнодушие. Ощущение пустого календаря и тишины в офисе давило сильнее любой финансовой неурядицы.
Были и моменты откровенного унижения. Конкуренты из солидных контор смотрели на него свысока, как на выскочку. Потенциальные клиенты, выслушав его условия, нередко уходили к более "проверенным" адвокатам, даже несмотря на более низкие расценки. Каждый такой отказ был как удар по самолюбию, но Сол заставлял себя вставать и идти дальше.
Ему приходилось быть всем сразу: и юристом, и секретарём, и уборщиком, и маркетологом. Он сам писал рекламные объявления, сам красил потершуюся дверь в приёмную, сам разбирал кипы бумаг глубоко за полночь. Усталость копилась, сомнения росли. Иногда, глядя на потолок в своей крошечной квартире, он задавался вопросом: а стоит ли игра свеч?
Однако именно в эти трудные дни проявлялся его характер. Он находил нестандартные ходы: брался за мелкие, почти безнадёжные дела, которые другие адвокаты обходили стороной. Работал с удвоенной энергией, вникая в каждую деталь. Постепенно, шаг за шагом, он начал зарабатывать не деньги — их всё ещё катастрофически не хватало, — а нечто более ценное: уважение. Сначала горстки людей, потом их знакомых. Появились первые скромные победы, положительные отзывы.
Этот период стал для него суровой школой. Он научился ценить не только крупные успехи, но и маленькие шаги вперёд. Понимание права дополнилось знанием жизни, её жёстких правил и неожиданных поворотов. Дорога к собственной конторе в Альбукерке оказалась не проторённой тропой, а трудным восхождением, где каждый камень преткновения закалял решимость и формировал того адвоката, который позже сможет постоять за себя и своих клиентов в любой, даже самой сложной ситуации.
